Визитная карточка

А.Ю.Галушкин

Литературная Россия 1920-х годов

Шестьдесят лет назад, в памятном 1937-м году один из ведущих литературоведческих журналов того времени "Литературный критик" начал публиковать первую Летопись советской литературы. Ее появление было приурочено к 20-летию Великой Октябрьской социалистической революции. По странному совпадению все последующие публикации в этом жанре оказывались связаны с юбилейной датой: Хроника литературной жизни 1920-х гг. появилась в 1958-м году, второе ее издание - в 1967 году, аналогичная Хроника советской многонациональной литературы завершалась также 1967-м. Кажется, эти публикации выполняли некую ритуальную функцию: советская литературная наука рапортовала о достижениях (ей принадлежавших, впрочем, лишь отчасти).

Среди указанных выше публикаций наиболее, пожалуй, заметной была и остается "Хроника литературной жизни" в четырехтомной и приснопамятной "Истории русской советской литературы" ("синяя", имлийская). Имена авторов этого наиболее объемного (не менее - 55 авторских листов) сочинения в "Истории" не указаны, и восстанавливаются лишь по позднейшим свидетельствам (в частности, по воспоминаниям Светланы Аллилуевой, недолгое время бывшей сотрудником ИМЛИ). Кажется, ни одна глава в "Истории" не подвергалась такому пристрастному редактированию, как разделы Хроники. Составители помнят, как редакторы крест-накрест перечеркивали целые страницы, подготовленные к печати. Да и сейчас, бродя по притихшим комнатам ИМЛИ, знавшим "лучшие годы", в полуразвалившихся каталожных ящиках еще можно найти пожелтевшие карточки с так называемым "отсевом": записями о выступлениях на литературных диспутах Бухарина, полемике вокруг статей Троцкого или - о вечерах "Серапионовых братьев" или имажинистов, сочтенных незначительными фактами в истории советской литературы. Редакторами, кажется, было сделано все, чтобы осложнить жизнь читателю - вплоть до того, что материалы Хроники не были описаны в общем именном указателе к Истории.

Но, перефразируя известную поговорку, можно сказать, что плохих библиографий не бывает. Как бы мы ни относились к этой насквозь идеологизированной работе, сколько бы дополнений и исправлений не было найдено за прошедшие десятилетия, нельзя не признать, что эта Хроника была вполне смелым (и стимулирующим) шагом в освоении новых историко-литературных источников. Предпринятый составителями фронтальный просмотр периодических изданий того времени не мог не принести урожая.

Перестроечный "ветер перемен" принес в ИМЛИ и идею подготовки новой, исправленной, дополненной, пересмотренной Летописи литературной жизни. Бурный поток "возвращенной литературы" и коллективные прозрения в рядах советских академических ученых к мысли, что именно сегодня и следует приступить к созданию новой Истории русской литературы новейшего времени (бывш. "русской советской литературы"), правдивой и беспристрастной.

Первоначально работа над Летописью планировалась в рамках новой Истории русской литературы новейшего времени, работу над которой ведет в настоящее время соответствующий отдел ИМЛИ. Но постепенно работа начала перерастать поставленные задачи, и материал "повел" за собой. Уже первое знакомство составителей Летописи с некоторыми периодическими изданиями 1920-х годов убедило в том, что тема может приобрести вполне самостоятельное значение. Ведь материалы периодики того времени все еще недостаточно освоены историко-литературной наукой (даже на страницах правительственного официоза - газеты "Известия" - можно найти сведения о деятельности таких маргинальных групп, как экспрессионистская "Секта поэтов" или "люминисты"). Сам материал требовал освобождения от идеологических шор и от ориентации на "литературный генералитет" - неважно, связанный с именем Серафимовича или Булгакова.

Максимально полное использование известных и введение в оборот новых источников стало основой для работы над новой Летописью советской литературы.

Конечно, нынешнее материальное положение ученых-гуманитариев, скажу мягко, мало способствует развертыванию масштабных научных проектов, тем более - источниковедческих, требующих систематической и кропотливой работы. И тут как нельзя более кстати пришлась финансовая поддержка, оказанная проекту Российским гуманитарным научным фондом (проект №96-04-06135, "Летопись литературной жизни России. 1917-1929 гг."). Даже тех средств, которые были выделены на осуществление проекта в 1996 году, хватило для того, чтобы поднять работу на качественно иной уровень.

На сегодня наиболее, пожалуй, завершенным является период 1918-1922 гг. Просмотрено около 300 названий периодических изданий. Параллельно идет и работа с архивными материалами и другими источниками: перепроверяются и уточняются отраженные в печати события, выявляются новые, оставшиеся "в тени" факты (в первую очередь это, конечно, различные партийно-правительственные решения, факты цензурных преследований, репрессий против литераторов и т.п.). В этом году начинается и чрезвычайно трудная работа по литературной жизни российской провинции. И всю эту работу ведет сравнительно небольшой коллектив из семи человек (С.Н.Бурова, О.В.Быстрова, Г.А.Гриханова, Г.П.Трефилова, О.М.Ушакова, О.С.Фигурнова, Т.И.Янкевич и автор этих строк; ранее в работе принимали участие также Л.Е.Борисовская, Т.В.Мацнева и К.М.Поливанов).

Летопись охватит достаточно широкий спектр событий литературной жизни того времени. Чтобы дать некоторое представление, перечислю основные типы событий:

- Выход книг (художественных, литературно-критических, литературоведческих, философских и пр.), ставших фактом литературной жизни 1920-х гг. и истории русской литературы XX в.

- Отдельные газетные и журнальные публикации, ставшие фактом литературной жизни 1920-х гг. и истории русской литературы XX в. (в том числе - дискуссии по общелитературным и пр. вопросам).

- Рецензии на книжные и журнально-газетные публикации, указанные выше, и на отдельные номера периодических изданий (или издания в целом), а также рецензии, публикация которых вызвала большой общественно-литературный резонанс.

- Учреждение новых издательств, выпускавших издания по литературе, реорганизация их, смена главных редакторов и пр.

- Выход первого номера журнала или газеты, сыгравших определенную роль в литературном процессе 1920-х гг., а также отдельных номеров "ведущих" литературно-художественных изданий; реорганизация их (смена периодичности, статуса, подчиненности, названия, смена главных редакторов, изменения в составе редколлегии; выход последнего номера.

- Литературные вечера, диспуты и пр., а также и нелитературные вечера, диспуты и пр., в которых принимали участие литераторы или которые имели значительный общественно-литературный резонанс.

- Научные заседания, конференции и пр., посвященные литературе и литературоведению.

- Отдельные театральные, кинематографические, музыкальные премьеры, выставки изобразительного искусства, окончание строительства некоторых памятников архитектуры, имевшие значительный общественно-литературный резонанс.

- Открытие и закрытие домов творчества и пр., литературных кафе, клубов и пр., строительство писательских домов и пр.

- Литературные юбилеи (как современников, так и классиков) и мероприятия, посвященные им (выход специальных изданий и номеров периодических изданий, собрания и конференции и пр.).

- Выдвижение на литературную премию и вручение ее, объявление о литературном конкурсе и подведение его итогов.

- Писательские поездки (индивидуальные или групповые) по стране (литературные "гастроли", писательские "бригады" и т.п.).

- Отдельные факты деятельности литературных организаций: учреждение, публикация декларации или манифеста (включая декларацию о значительных изменениях в идейной программе), выборы или перевыборы руководящих органов, съезды, конференции, заседания руководящих органов, другие мероприятия в рамках организации, резолюции и решения общих собраний и руководящих органов, объединение с другими литературными организациями, объявление о прекращении деятельности.

- Отдельные факты биографии "крупнейших" деятелей литературного процесса 1920-х гг. и литераторов, вошедших в историю русской литературы XX в.: литературный дебют, дебют в центральной печати, факт первой публикации и начала сотрудничества в партийной печати, возобновление литературной деятельности (после периода "опалы" или "молчания"), вступление в партию или выход из нее, вступление в литературную организацию или выход из нее, публичный общественно-литературный конфликт, дуэль, публичное чтение "запрещенного произведения", арест, эмиграция (добровольная и вынужденная), возвращение из эмиграции, кончина, посмертная оценка (некрологи, награды и пр.).

- Партийные и государственные постановления, резолюции и пр. по литературе и культуре.

- Публикация или принятие законодательного акта, регулирующего нормы "литературного быта": вопросы авторского права, издательского дела, книжной торговли, "свободы печати" и т.п.

- Партийные и государственные постановления, резолюции и пр., выступления партийных и государственных деятелей, имевшие значительный общественно-литературный резонанс.

- Обсуждение вопросов культуры и литературы, отдельных произведений и пр. на партийных съездах, конференциях и пр., заседаниях Политбюро и отделов ЦК, горкомов и пр.

- Цензурные запреты книжных и журнально-газетных публикаций, факты изъятия тиражей, изымания из библиотек и пр.

- Выступления партийных и государственных деятелей по вопросам литературы и культуры (на съездах, литературных диспутах, а также с отдельными статьями и рецензиями в печати и пр.)

- Участие литераторов в партийных и государственных мероприятиях (съезды, конференции, заседания, комиссии и пр.)

- Награждение литераторов орденами, премиями и пр.; присвоение писательского имени городу, улице и т.п.

Собранный на сегодня и частично уже обработанный материал насчитывает около 50 авторских листов. Учитывая недостаточную разработанность библиографии литературы 1920-х годов, собранный материал вполне можно расценивать как своеобразного его заместителя.

Конечно, по меньшей мере странно в наше время думать только о "бумажной" реализации такого масштабного проекта. И в перспективе, конечно, материалы Летописи должны быть формализованы и конвертированы в базу данных. Остается надеяться, что со временем в нее войдут и чисто библиографические материалы, и биографические сведения о деятелях литературного движения того времени.